Фиктивный договор подряда

Содержание

Трудоустройство по договору подряда — как обманывают работодатели

Фиктивный договор подряда

Сейчас почти в каждом автобусе или вагоне метро можно увидеть рекламное объявление о списании долгов. Сплошь и рядом.

Грамотные юристы зарабатывают себе на хлеб умением обходить законы и поворачивать любую ситуацию в нужную именно им сторону. Такому мастерству можно лишь поаплодировать.

Довелось мне познакомиться с одной из таких юридических компаний по работе. Основное направление деятельности — списание долгов, возврат долгов, помощь работодателям в “оптимизации расходов”.

Оптимизация расходов и ничего личного! 🙂

Что происходит?

Работодателей учат тому, как можно сократить выплаты налогов в рамках закона. Ну, почти в рамках, разумеется. То есть — учат тому, как обмануть систему и работника, чтобы в своем кармане сохранить немного денег.

Как в пословице “С миру по нитке — нищему рубаха”. Сэкономил с каждого сотрудника — купил для предприятия новый камаз. Выгодно? Конечно! Потому услуги эти (юридические) и пользуются спросом.

В чем суть?

При трудоустройстве существует много вариантов договоренностей (и договоров, соответственно), сейчас я не хочу говорить обо всех. Возьму в пример лишь один, самый распространенный вариант — трудоустройство по трудовому договору.

При таком трудоустройстве работодатель обязан предоставить работнику все те условия, что предусмотрены в Трудовом Кодексе Российской Федерации (ТК РФ, Раздел VII. ГАРАНТИИ И КОМПЕНСАЦИИ).

К гарантиям относятся отпускные, больничные, социальное страхование и прочие важные для работника вещи.

Договор подряда или как обмануть работника. © Дневник сибирячки.

По стандартному трудовому договору работодатель не может уволить сотрудника без веских причин. Закон на стороне работника! При малейшем нарушении работник вправе обратиться в Трудовую Комиссию, работа которой направлена на защиту прав работника.

Они с огромным удовольствием накажут недобросовестного работодателя, который старается обмануть работника или пытается незаконно уволить. А штрафы там очень внушительные!

Так вот, эти юридические компании учат работодателей так называемой “оптимизации расходов”. Красиво звучит, правда? Путей оптимизации расходов масса, и один из них — сократить выплаты за сотрудников (что грубейшее нарушение закона). Но, увы и ах, это происходит сплошь и рядом!

Именно юристы придумали такую штуку, как трудоустройство по “Договору подряда”. Иными словами, это ставка на дурака.

Я, во всей этой статье, имею в виду тех работников, которые устраиваются не на “срочную” работу, а на “постоянную”.

Чем опасен Договор подряда для работника?

Что вообще такое “Договор подряда”? Это такая форма соглашения между работником и работодателем, при которой работник (ВНИМАНИЕ!) берет на себя обязательство в определенные договором сроки выполнить определенный договором объем работ и за определенный договором размер оплаты!

Кто “в плюсе”? Вопрос риторический.

А что делают работодатели? Нанимают работника, например охранника на завод. Он трудоустроен, якобы, на постоянной основе. Он приходит на работу из месяца в месяц и выполняет одни и те же должностные обязанности, каждый день и в соответствии с графиком работы. Даже время труда и отдыха соблюдается. Это обычная работа, а не срочная!

В чем подвох? По-первых, при выполнении работником такого вида работ, его ОБЯЗАНЫ трудоустроить по Трудовому договору, а не по Договору подряда. Работник вправе обратиться в соответствующие инстанции с жалобой на работодателя и потребовать трудоустройство в рамках закона. Работодатель обязан будет это сделать!

По договору подряда работник в зоне риска постоянно. Его могут уволить в любой момент. За него не делают выплаты в ФСС (Фонд Социального Страхования), могут сократить выплату денег или вовсе лишить выплаты! Все это прописано в Договоре подряда, надо лишь внимательно с ним ознакомиться.

Зарплата по договору подряда

Договор подряда при постоянном трудоустройстве — инструмент работодателя, который с самого начала ведет себя непорядочно по отношению к работнику. Так стоит ли с такими ребятами вообще связываться?

И еще. Многие из нас давно привыкли к тому, что в трудовом договоре прописан размер оплаты труда значительно ниже того, что нам обещают выплачивать ежемесячно. Так называемая “зарплата в конвертах” — уже стала нормой.

Опасность “Договора подряда” в том, что та сумма, которая прописана в таком договоре — это то, на что вы можете рассчитывать в случае безупречного выполнения взятых на себя обязательств перед работодателем. Сами ведь подписались под условиями договора!

Оплата услуг, а не заработная плата. Есть разница!

Если что-то работодателю не понравится, он имеет полное право (это всегда прописано в таком договоре) удержать с вас часть этой суммы (за некачественное выполнение УСЛУГ) или вовсе лишить выплаты, сославшись на ваш непрофессионализм или даже приченение ему вреда.

Получается, что это вы его обманули, взяв на себя ту работу, с которой плохо справляетесь. Ну а “что такое хорошо и что такое плохо” — работодатель тоже грамотно в договоре пропишет, да так, что не подкопаешься! Так что, работник всегда в проигрыше.

Будьте бдительны, требуйте трудоустройство по закону и с первого дня. Порядочный работодатель никогда не станет мурыжить вас, обманом вынуждая работать без трудоустройства или предлагать серые схемы трудоустройства, вроде “Договора подряда”.

В каких случаях заключение “договора подряда” — норма?

Если вы, например, делаете ремонт и нанимаете ремонтную бригаду на объект. Вы заключаете именно договор подряда, в рамках которого “строители” обязуются выполнить определенный перечень работ, за определенную сумму и в определенные сроки.

В случае, если работы выполнены ненадлежащим образом или не выполнены в срок, то заказчик вправе удержать часть суммы с исполнителя (ремонтной бригады). Все это всегда четко прописано в договоре.

Если заказчик несвоевременно выплачивает деньги за безупречно и в оговоренные сроки выполненную работу — исполнители по такому договору тоже защищены. Они вправе наложить штрафные санкции на заказчика в виде процентов с суммы задолженности за каждый день просрочки выплат (если это предусмотрено договором).

Я за добросовестных работодателей! А Вы?

Договор подряда — это всегда “срочный” договор. То есть, договор, в котором прописаны сроки начала и окончания работ. Трудовой договор таких условий не имеет (лишь в некоторых случаях, но это уже совсем другая история).

Это все привожу для примера. Для тех, кто не понимает разницы между “Трудовым договором” и “Договором подряда”.

Люди! Будьте внимательны и не доверяйте красивым обещаниям лжецов и мошенников. Закон всегда на стороне работника, помните это.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/5ce00ee866490300b4465758/trudoustroistvo-po-dogovoru-podriada--kak-obmanyvaiut-rabotodateli-5de1dcc7ec575b00b19ac008

Доказывание выполнения работ по договору строительного подряда. Последователям Коперфильда и Гудини посвящается

Фиктивный договор подряда

Немного философии, вместо вступления

Я почти не верю клиентам на слово. Всякий раз, когда мне рассказывают диковинную историю об порушенных обещаниях и невыполненных договоренностях, я прошу показать мне документы. Если документы подтверждают слова клиента, разговор продолжается. Если нет, я ищу косвенные доказательства.

Строить позицию на голословных заявления кажется мне в высшей степени непрофессионально. Высасывать доказательства из пальца (воссоздавать их) и натягивать обстоятельства на документы, я не умею и не берусь. Доказывая обстоятельства по делу, я стараюсь «сложить пазл» из тех осколков, которые имеются в моем распоряжении.

Иногда мне это удается. Не буду занудничать, вот сама история. 

Важность этого поручения для клиентов была такая, что дожидаться понедельника они не стали.

В пятницу помощница позвонила мне и сказала, что клиентов совершенно не смущает мое состояние после недельной командировки. Что в субботу утром они приедут к нам в офис.

Единственное о чем удалось договориться – не встречать меня на вокзале, а дать возможность выпить кофе в одиночестве и немного привести себя в порядок.

Компания из нескольких представительных мужчин прибыла вовремя. После ритуального обмена визитками и обнюхивания, посетители изложили суть дела. Коротко: они выполняли работы по субподряду для крупной энергетической компании и с ними не расплатились.

Сложность дела определялась тем, что подписанный договор не содержал даты,  аванс, предусмотренный договором не выплачивался, в наличии имелся минимум исполнительной документации. Сведения о передаче площадки и материалов были большей частью устные. Для принятия поручения требовалось увидеть еще кучу документов –  косвенных доказательств выполненных работ.

Вместе  с тем было главное – угловой штамп на сопроводительном письме о принятии КСок и исполнительной документации.

Косвенные доказательства извергались клиентом долго и мучительно. Мы уже закинули иск, предварительное заседание неотвратимо приближалось, а дополнительных доказательств у меня было мало.

Сомнительный акт выдачи материалов в работу, странноватый промежуточный акт рабочей комиссии, в которой участвовали представители трех компаний и технадзора, включая нашего ответчика, и директора моего заказчика.

Позиция ответчика была незамысловатая. Представитель попросил меня продемонстрировать оригинал договора и сходу обвинил в фальсификации доказательств, подав соответствующее ходатайство.

Уверенный в подлинности документа, я не глядя подписал предложенный судьей документ, которым я извещался о своем праве отозвать сомнительное доказательство и также об уголовной ответственности за его изготовление.

Для доказывания факта фальсификации основного доказательства, представитель ответчика пообещал привести бывшего генерального директора ответчика в качестве свидетеля. Другой позиции у ответчика не было.

Взбешенный огульным обвинением я поставил на уши всех – клиента-директора, службу технадзора, которая осуществляла приемку объекта, линейных работников истца, бывших работников ответчика, которые почему-то радостно откликнулись на просьбу помочь.

Углубившись в ситуацию, я выяснил следующее: генподрядчик-ответчик заключил подрядный договор с компанией С. на полный комплекс работ по объекту. Компания С. работы выполнила частично. Остаток работ выполняла компания моего клиента.

В моем распоряжении была копия генподрядного договора, КСки по нему, также мне достался журнал испытаний, в котором русским по белому значилось указание на моего клиента, как на лицо, которое заказывало испытания, справка о выдаче материалов в производство работ.

Документы о передаче рабочей документации истцу отсутствовали, но появилась сама документация. Все было в копиях.  

Я досконально изучил документы, удивление вызывало лишь то, что стоимость в предшествующем договоре за единицу продукции, которую изготавливал мой клиент, была значительно ниже, чем это было указано в нашем договоре. Отвечать на мой вопрос  доверитель не стал, сославшись на занятость. Мне тоже было не до этого – цена не была предметом спора, и углубляться я не стал.

Документы и правовую позицию я отправил стороне заблаговременно. Пухлое письмо ушло на его юридический адрес в отдаленном областном центре (такой был указан в договоре и выписке из ЕГРЮЛ).

Дополнительно я отправил письмо в адрес, указанный на отзыве, но уже исключительно, чтобы соблюсти политес.

Я точно знал, что в почтовом отделении стоит переадресация и получить письмо ответчик явно не успеет.

В назначенный день у дверей зала сидел представитель ответчика с тучным мужчиной – бывшим директором компании.

В заседании я представил нашу первоначальную позицию по делу, дополнил найденными документами и дополнительными пояснениями.

По моей версии событий все было просто и ясно. Крупный генподрядчик пригласил мелкого субподрядчика выполнить работу без аванса, обещая заплатить много и потом.

Материалы сознательно передавались через пень-колоду, рабочая документация передавалась не по акту, но имелась в распоряжении субподрядчика, разрешение на проведение работы обязан был получить генподрядчик, нам его не передавали и недолжны были, испытания проводились с участием субподрядчика, результат работ (формы КС2 и КС3, результаты испытаний и исполнительная документация) передавались по акту. Общий объем работ, включая скромный кусочек, выполненный моим доверителем, передан заказчику. В дальнейшем истца просто обманули, заставив выполнить работу бесплатно.

Представитель ответчика не предъявил возражений о приобщении к делу копий документов, судья вынесла соответствующее определение.

Допрошенный свидетель пояснил, что  был директором ответчика в период, когда согласно документам производились работы.

Однако, в тот период договора не подписывал, истца к работам не привлекал и вообще не знал о его существовании.

Договор подписал задним числом, в машине, под давлением директора моего доверителя и еще одного уважаемого человека, который работал в руководстве ответчика. Они обещали ему, что документ не пойдет никуда, тем более в суд.  

Я не стал пытаться опровергнуть его слова, задавая каверзные вопросы. Поскольку документы, которые мне удалось нарыть в промежутке между заседаниями, были в копиях, мне требовалось их «легализовать».

Я показал свидетелю его подписи на договорах и КСках и свидетель признал, что подписи его, я расспросил его о порядке принятия решений о привлечении подрядчиков и он не смог мне ничего пояснить. Я указал, что прежний субподрядчик свои обязанности выполнил частично и директор подтвердил это.

Я услышал все, что хотел и даже больше. Искренне поблагодарив представителя ответчика за приглашение свидетеля, я сел на свое место.

В прениях представитель ответчика упирал на то, что договор подписан задним числом, что представленные документы не подтверждают результаты работ, что аванс по договору не выплачивался, а следовательно договор является еще и незаключенным. Этим возражения ответчика были исчерпаны. Моя позиция по делу осталась неизменной.

Судья совещалась недолго и удовлетворила наши требования. В решении она указала, что по ее мнению время подписания договора не имеет значения для признания его надлежащим доказательством. Тем более, что свидетель подтвердил подлинность подписи. Этим снимается вопрос о фальсификации.

 Судья указала, что у ответчика было право заявить возражения, когда ему под роспись были переданы документы, подтверждающие выполнение работ. Отсутствие таких возражений означает безусловное принятие работ.

Судья указала, что доказательств того, что работы не выполнялись истцом, ответчиком не представлено.

Подписывая акт сдачи-приемки услуг, я спросил у доверителя. «А все-таки, вы работали на этом объекте? Как так случилось, что генподрядчик про вас ничего не знает, исполнительная документация только в копиях, договор без даты и работа без аванса? Как случилось, что стоимость работ несколько выше рыночной? Что на самом деле произошло у вас с заказчиком?».

Директор размашисто подписал мой акт, смачно поставил на него печать и сказал. «Дима, тебе судья арбитражного суда сказала, что я выполнил работы и мне должны за них заплатить. Разве ты не доверяешь суду?» 

Вечером я показывал дочке фокус – прятал монетку между пальцами, доставал ее из уха, из сахарницы и даже из ее кармана. Дочка радовалась и спрашивала – Папа, где ты этому научился?  Что мне было ей ответить? На юридическом факультете такому не учат.

Источник: https://zakon.ru/blog/2016/10/17/dokazyvanie_vypolneniya_rabot_po_dogovoru_stroitelnogo_podryada_posledovatelyam_koperfilda_i_gudini_

Фиктивность сделок. Позиция налоговых органов и судов

Фиктивный договор подряда

В ходе проведения мероприятий налогового контроля (проверочных мероприятий) в отношении налогоплательщика, налоговый орган может прийти к выводу о совершении проверяемым лицом фиктивных сделок или хозяйственных операций с определенным кругом контрагентов.

Что же сегодня под фиктивной сделкой понимают налоговые органы? С позиции налоговиков, фиктивная сделка – это сделка, совершенная налогоплательщиком без преследования какой-либо хозяйственной цели.

Иными словами, это сделки или иные хозяйственные операции, которые совершены налогоплательщиком и его контрагентом исключительно с целью снижения налогооблагаемой базы.

Такие выводы налоговиков довольно чреваты для налогоплательщиков и могут привести к очень серьезным последствиям – доначисление налогов, пени, начисление штрафов, порой приравненных по размеру к годовой выручке компании налогоплательщика.

Самым неблагоприятным для налогоплательщика исходом может послужить передача материалов налоговой проверки в следственные органы для возбуждения уголовного дела по фактам намеренного уклонения налогоплательщика от уплаты налогов и сборов.

При этом если сам налогоплательщик осуществляет свою деятельность на абсолютно легальных условиях, это не значит, что к нему не могут быть предъявлены обвинения по фактам нарушения налогового законодательства, поскольку в группу риска также могут попасть те компании, чьи контрагенты уже находятся на так называемой «галочке» у налоговиков как контрагенты, замеченные в фиктивных сделках с иными лицами.

Методы выявления фиктивности сделок и хозяйственных операций налогоплательщиков

Так, в процессе проведения проверочных мероприятий или камеральных налоговых проверок налоговики осуществляют проверку контрагентов налогоплательщика на признаки «фирмы-однодневки» или их фигурирование в ином реестре компаний, осуществляющих «серую» деятельность (более подробно о «фирмах-однодневках» можно узнать из нашей статьи «Ответственность за регистрацию «фирм-однодневок» и за внесение ложных сведений в ЕГРЮЛ», в которой мы раскрывали понятие «фирм-однодневок» и указывали какие действия предпринимают налоговые органы в отношении «фирм-однодневок»). Если у проверяемого налогоплательщика будут выявлены подобные контрагенты, налоговые органы запускают в отношении такого налогоплательщика комплекс проверочных мероприятий, направленных на сбор доказательственной базы, подтверждающей фиктивность сделок, совершенных налогоплательщиком с такими контрагентами. В таких случаях действия налоговиков могут выражаться в следующем:

  • осмотр помещений юридического лица и его контрагентов.В ходе осмотров налоговыми органами выявляются факты нахождения налогоплательщика по своему юридическому адресу, наличия или отсутствия необходимых для исполнения фиктивной сделки площадей, оборудования, товаров, транспорта и т.п., а также наличие на рабочих местах директора компании налогоплательщика и сотрудников.
  • опросы очевидцев.Должностные лица налоговых органов зачастую  подкрепляют свои доводы показаниями очевидцев. В таких случаях  налогоплательщику следует обратить внимание на идентификацию лиц, дающих какие-либо показания в отношении проверяемого налогоплательщика. Часто в протоколе осмотра должностные лица налоговых органов допускают ошибки в составлении протоколов, указывая в нем лишь обобщенную формулировку, к примеру: «со слов сотрудников других (соседних) организаций, о проверяемом юридическом лице они ничего не слышали (не знают)».
  • допросы свидетелей.Протоколы допросов свидетелей также являются одним из доказательств, которые в совокупности могут подтвердить правовую позицию фискалов. Поэтому, налогоплательщику, намеревающемуся оспорить решение налогового органа в судебном порядке предварительно рекомендуется изучить подобные документы.
  • осмотры, оперативные/следственные мероприятия, проводимые правоохранительными органами.При наличии признаков налоговых или других правонарушений в офис компании налогоплательщика могут быть направлены сотрудники правоохранительных органов. В таком случае может быть проведен совместный рейд с налоговой инспекцией, либо только по инициативе правоохранителей. 
  • получение сведений из банков.В ходе проведения такого рода проверочных мероприятий налоговики проводят анализ банковских операций налогоплательщика и его контрагентов. Причем данный анализ может коснуться и контрагентов следующих звеньев из общей цепочки взаимоотношений контрагентов с налогоплательщиком. Здесь налоговики выявляют цепочку циркуляции денежных средств, перехода денежных средств на счета аффилированных компаний, вывода средств или их обналичивание через «фирмы-однодневки» либо на счета зарубежных компаний (офшор).

Позиция налоговых органов в отношении фактов фиктивности сделок. Доказывание фиктивных сделок и операций налоговым органом.

Итак, подобрав необходимую доказательственную базу, налоговые органы принимают решение о наличии или отсутствии фиктивных сделок в составе хозяйственных операций компании налогоплательщика.  Если налоговая все же усмотрит факт совершения налогоплательщиком фиктивной сделки, перерасчета налоговой базы такому налогоплательщику не избежать.

При этом следует учитывать, что по налогу на прибыль для целей налогообложения не учитываются расходы по фиктивным сделкам и операциям, а по НДС следуют отказы в возмещении сумм налога, перечисленного в составе платежей по таким фиктивным сделкам (операциям).

В результате налогоплательщик, совершающий фиктивные операции, все равно нарвется на доначисление пени и штрафов.

Самым негативным последствием для налогоплательщика, увлекающегося фиктивными сделками и операции на протяжении нескольких отчетных периодов является то, что при сумме недоплаченных налогов за три года подряд свыше двух миллионов рублей, налоговики не раздумывая передают такие материалы в правоохранительные органы для возбуждения уголовного дела.

 Поэтому решить подобную проблему  можно, пожалуй, двумя способами: первый – добровольно оплатить сумму недоплаченных налогов в полном объеме, второй – добиваться через суд признания актов налоговых органов незаконными. Сразу стоит отметить, что при выборе второго способа решения проблемы с фискалами, налогоплательщик должен быть готов опровергнуть все выдвинутые к нему аргументы налоговиков.

Теперь рассмотрим самые распространенные признаков фиктивности сделок и хозяйственных операций, с позиции налоговых органов:

  • Отсутствие контрагента по юридическому адресу, регистрация контрагента по адресу массовой регистрации;
  • Отсутствие ресурсов для выполнения контракта (складов, оборудования, товаров и т.п.);
  • Неуплата контрагентом налогов в бюджет либо их минимальная уплата;
  • Показания руководства контрагента;
  • Экспертное заключение;
  • Транзитный характер движения денежных средств;
  • Признаки цикличного движения денежных средств;
  • Признаки нелегального вывода денежных средств.

Источник: http://apgmag.com/fiktivnost-sdelok/

Чем опасны фиктивные операции: свежая судебная практика

Фиктивный договор подряда

Фиктивные работники

  • ФНС проверяет обоснованность расходов на оплату труда
  • Как снизить риски

Фиктивные посредники

  • ФНС ищет фиктивные посреднические договоры
  • Как снизить риски

Фиктивная цена

  • ФНС отслеживает подозрительно низкие цены в договорах
  • Как снизить риски

Фнс проверяет обоснованность расходов на оплату труда 

зарплата сотрудников всегда считалась самым безопасным расходом с точки зрения налоговых рисков. и это логично: если работодатель заключил с сотрудником трудовой договор, то он обязан начислять и выплачивать ему вознаграждение. а его можно без проблем учесть при налогообложении и на осно, и на усн (ст. 255 нк рф, пп. 6 п. 1 и п. 2 ст. 346.16 нк рф). 

чтобы документально обосновать эти расходы, нужен трудовой договор, приказ о приёме на работу, правильно заполненный табель учёта рабочего времени и расчётные ведомости. всё просто.

но недавно верховный суд рф указал, что это справедливо только для тех работников, которые действительно трудятся в компании.

если же кадровые документы оформлены по всем правилам, но фактически сотрудники в компании только числятся, то и расходы на их зарплату при налогообложении учитываться не должны.

но как фнс установит, что работники фиктивные, если есть все кадровые документы, которые подтверждают обратное?

в компании «кошкин дом» числились повар василий, кондитер максим и пекарь людмила. все они были официально приняты на работу, у каждого был трудовой договор и табель учёта рабочего времени.

каждый месяц компания начисляла и выплачивала им зарплату, с которой начислялись страховые взносы и удерживался ндфл. но при этом на балансе или за балансом у компании не было кондитерского цеха, где могли бы работать эти сотрудники.

и вообще «кошкин дом» — это книжное издательство, которое готовит книжки, а не пирожки. 

инспектор фнс проверил компанию и установил, что штатное расписание не соответствует производственным мощностям. в реальности все «производственные» сотрудники на условиях полной занятости работали в ресторане «три поросёнка». издательство и ресторан размещались в одном здании, были связаны «перекрёстными» договорами аренды и принадлежали одной семье.

когда инспектор выяснил, где на самом деле работали василий, максим и людмила, он понял, зачем нужно было принимать их на работу в издательство. оказывается, ресторан «три поросёнка» применял «доходную» усн. таким незамысловатым способом владельцы издательства и ресторана, взаимозависимые лица, учитывали расходы на персонал при налогообложении.

василия, максима и людмилу признали фиктивными работниками для издательства. трудовые договоры с ними «кошкин дом» заключал формально, фактически их работодателем был ресторан «три поросёнка». все кадровые документы по этим работникам тоже были признаны фиктивными, а значит, выплаты по таким договорам компания не имела права включать в состав расходов для налогообложения.

в итоге все суммы вознаграждений в пользу фиктивных работников и начисленные страховые взносы были исключены из расходов (определение вс рф от 01.04.2019 № 309-эс19-2735 по делу № а60-11262/2018).

компенсировать уплаченные за василия, максима и людмилу страховые взносы у издательства не получится. в таких спорах ни инспекторы, ни судьи не настаивают на недействительности самих трудовых договоров.

речь идёт только о том, что работник по конкретному договору в реальности трудился в другой компании, причём делал это по указанию или с согласия своего официального работодателя.

в конце концов, это именно работодатель не требовал от работника исполнения трудовых обязанностей, хотя имел на это полное право (ст. 15 и 22 тк рф). а раз так, то трудовой договор не может считаться незаключенным или недействительным. 

это значит, что все выплаты в пользу работника по такому трудовому договору облагаются страховыми взносами. и взносы, начисленные на зарплату фиктивным работникам, не считаются излишне уплаченными и возврату не подлежат.

как снизить риски

проблемы могут возникнуть не только у компаний, которые пытаются незаконно учесть расходы на персонал, но и у тех, кто передаёт работников взаимозависимым фирмам с законными бизнес-целями. например, дочерней организации персонал требуется временно — на период пусконаладочных, ремонтных работ или в сезон.

чтобы фнс не признала сотрудников материнского юрлица фиктивными, нужно следовать нескольким простым правилам.

правило 1. оформляйте кадровые документы о направлении работника

если компании находятся в разных местностях, то это может быть приказ о командировке, если в одном населённом пункте — подойдёт письменное распоряжение или поручение. 

правило 2. заключайте с принимающей стороной договор

отправить работника в другую организацию просто так нельзя. под каждое такое направление должно быть юридическое обоснование — договор с принимающей стороной. в нём фиксируются обязательства работодателя, из-за которых и возникает необходимость отправить сотрудника в командировку.

правило 3. работа на другую фирму должна быть временной

любая работа на другое юрлицо должна быть временной, причём не на бумаге, а фактически. в противном случае речь это будет аренда персонала, а это в большинстве случаев запрещено (ст. 56.1 тк рф). 

попытки выдать постоянную работу за временную фнс с лёгкостью разоблачает. для этого инспекторам достаточно допросить самих работников и их коллег по официальному и реальному месту работы (ст. 90 нк рф).

Фнс ищет фиктивные посреднические договоры

компании «аладдин» и «джафар» заключили договор комиссии. его условия были настолько общими, что «аладдин» мог совершать сделки как по продаже, так и по покупке.

круг товаров, с которыми «джафар» поручил работать «аладдину», тоже не был ограничен: «аладдин» мог продавать и покупать абсолютно любые ковры, шелка и специи. более того, договор комиссии был единственным документом, который оформлял посреднические операции.

ни заданий, ни поручений «джафар» в рамках договора не оформлял и не передавал комиссионеру, а «аладдин» не спешил перечислять «джафару» деньги от продаж, указанные в отчётах.

после заключения договора комиссии «аладдин» продолжил заниматься тем же, что делал раньше, — закупал товары у своих прежних поставщиков и продавал их на своём базаре. при этом «аладдин» не разделял товары на собственные и комиссионные, а продавал их вместе. 

налоговый инспектор провёл расследование. оказалось, что посреднический договор «аладдина» и «джафара» — фиктивный. компании заключили его, чтобы «аладдин» сохранил право на применение усн.

верховный суд увидел здесь схему дробления бизнеса: компания снижает налоги при помощи договора комиссии. он признал договор недействительным и постановил, чтобы всю выручку от «комиссионных» продаж включили в доходы комиссионера. в результате «аладдин» утратил право на усн и должен был уплатить доначисленные налоги (определение вс рф от 22.07.2019 № 304-эс19-10461 по делу № а67-6778/2017).

ФНС отслеживает подозрительно низкие цены в договорах

В зоне риска оказываются любые контрагенты, а не только взаимозависимые: ФНС доначислит налог, если обнаружит, что стороны намеренно занизили цену сделки (пп. 1 п. 2 ст. 54.1 НК РФ).

Сергей Лопахин решил купить вишнёвый сад у Полины Раневской. Кроме прекрасных вишнёвых деревьев, на участке стоял недострой, готовый всего на 6 %.

Для Лопахина этот недострой не представлял никакой ценности, он хотел купить только сад, поэтому в договоре купли-продажи Раневская указала, что земля стоит 13,99 млн рублей, а недостроенный дом — всего 10 тыс. рублей. На самом же деле в строительство этого дома Раневская вложила 14 млн рублей.

Чтобы не платить по сделке НДС, Раневская занизила стоимость дома и заложила её в цену вишнёвого сада, потому что продажа земли этим налогом не облагается (пп. 6 п. 2 ст. 146 НК РФ).

При налоговой проверке схема, которую придумала Раневская, открылась. Выяснилось, что земельный участок специально был продан по цене ниже балансовой, и это привело к недоплате НДС.

То, что Лопахину сам дом был не нужен, а налоговики не смогли доказать взаимозависимость Раневской и Лопахина или «серые» расчёты между ними, на решение судей не повлияло.

В результате Раневской всё равно пришлось уплатить НДС, исчисленный с полной стоимости недостроенного дома (Определение ВС РФ от 04.06.2019 № 309-ЭС19-5047 по делу № А60-16106/2018).

Как снизить риски

Даже отсутствие взаимозависимости не защитит от доначислений, если цена по сделке настолько ниже рыночной, что её можно признать фиктивной. Если же договор с фиктивной ценой заключают взаимозависимые лица, то ФНС может доначислить налоги обеим сторонам сделки (Определение ВС РФ от 01.08.2019 № 305-ЭС19-11779 по делу № А41-45828/2017). 

Практически любые манипуляции с ценами для налогоплательщиков весьма опасны. Способ снизить риски только один — иметь официальное подтверждение того, что цена сделки, исходя из всех её условий, действительно рыночная. Подтвердить это могут заключения оценщиков и любая информация из открытых источников: газет, сайтов объявлений.

Алексей Крайнев, налоговый юрист

Источник: https://kontur.ru/articles/5685

Мнимый договор подряда в банкротстве. Пять признаков «искусственности» долга – INTEGRITES

Фиктивный договор подряда

Поскольку вступить в реестр возможно только с вступившим в силу судебным актом, подтверждающим наличие долга, должник с дружественным кредитором разыгрывают судебный спор, в рамках которого просуживают искусственную задолженность из мнимого договора подряда.

Если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование, то они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать этот судебный акт. (п. 24 постановления Пленума ВАС от 22.06.2012 № 35, далее – Постановление № 35). Для этого необходимо обратиться с апелляционной жалобой на решение суда первой инстанции, подтвердившего фиктивную задолженность.

Судебная практика, в том числе Верховного суда, выработала подходы к оспариванию судебных актов, которые подтверждают фиктивную задолженность дружественного кредитора. Стоит отметить, что по указанной категории споров установлен высокий стандарт доказывания.

В связи с этим добросовестному кредитору достаточно заявить соответствующие доводы или указать на наличие прямых или косвенных доказательств, подтверждающих мнимость договора подряда, которые позволят суду усомниться в доказательствах, представленных должником и дружественным кредитором. Бремя опровержения этих сомнений лежит на последних.

Причем это не должно составить для них затруднений, поскольку именно они должны обладать всеми доказательствами своих правоотношений.

  1. Процессуальная пассивность сторон. Первоначально стоит обратить внимание на поведение дружественного кредитор (истца) и должника (ответчика) в судебном споре, в рамках которого просуживается искусственная задолженность. Такой спор обычно характеризуется пассивностью сторон: они не опровергают позиции друг друга, признают ключевые обстоятельства дела, ответчик зачастую признает иск или заключает невыгодное мировое соглашение.

Пример из практики. В обзоре судебной практики № 2 (2018) Верховный суд привел в качестве примера дело, в рамках которого оспаривался мнимый договор подряда и просуженная фиктивная задолженность.

ВС отметил, что подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п.

Это обусловлено тем, что интересы недобросовестных кредиторов и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели.

  1. Статус дружественного кредитора как юридического лица. Создание искусственной задолженности, а также заключение и «исполнение» мнимого договора подряда зачастую не делается заблаговременно. Как правило, юридические лица, осуществляющие реальную хозяйственную деятельность, не станут заключать мнимую сделку. Это предопределяет тот факт, что компания — дружественный кредитор будет создана незадолго до совершения мнимой сделки и зарегистрирована по адресу массовой регистрации. Поэтому стоит изучить, каким образом и когда создано юридическое лицо, являющееся дружественным кредитором, и в случае подтверждения указанных выше обстоятельства, указать на это суду. Кроме того, стороны мнимого договору зачастую аффилированы.

Имеют место и более сложные схемы. Например, А выполняет работы для Б, затем уступает В права требования к Б по их оплате и ликвидируется, а В на основе цессии обращается в суд в целях признать Б банкротом.

Либо иной вариант: А (впоследствии ликвидируется) выполняет работы для Б, который переводит долг по уплате денежных средств за поставленные товары В, а В, в свою очередь, обращается в суд с иском к Б о признании его банкротом.

Пример из практики. Должник и дружественный кредитор просудили задолженность по договору строительного подряда.

Конкурсный кредитор оспорил данные требования, указывая, что ответчик является 100% учредителем истца, а его деятельность по заявлению требований о взыскании задолженности с должника имеет целью искусственное наращивание задолженности с целью причинения вреда независимым от должника кредиторам.

Суды первой и апелляционной инстанций встали на сторону дружественного.

Однако кассация подчеркнула, что представленные в материалы дела доказательства наличия задолженности не отвечают критериям повышенного стандарта доказывания, применяемого при рассмотрении требований кредиторов общества-банкрота, поскольку не подтверждают факт, объем и период выполнения спорных работ именно дружественным кредитором. В итоге спор был направлен на новое рассмотрение. (постановление АС Московского округа от 28.08.2018 по делу № А40-96368/2017)
  1. Завышение цены / объема работ по договору подряда. Одна из целей недобросовестного должника, который просуживает искусственную задолженность дружественному кредитору, — получить большинство на собрании кредиторов. Для этого необходимо, чтобы дружественный кредитор вступил в реестр со значительным размером требований.

В связи с этим в большинстве случае цена мнимого договора, либо объем выполненных работ будут значительными по размеру. Указанное обстоятельство может стать одним из доказательств фиктивности заявленных требований.

Пример из практики. Кредитор и должник просудили задолженность по договору подряда в размере 28,1 млн. руб. 495 тыс. руб. неустойки.

Конкурсный кредитор решил обжаловать соответствующее решение суда, обращая внимание, помимо прочего, на то, что требование карманного кредитора значительно превышает требования других кредиторов должника.

В связи с этим наличие его в реестре приведет к тому, что кредитор будет иметь подавляющее число , а, следовательно, возможность влиять на ход процедуры банкротства. Верховный суд, согласившись с доводами заявителя, направил дело на новое рассмотрение. (определение ВС от 26.08.2016 по делу № А40-157154/2014)

  1. Отсутствие у кредитора и должника возможности исполнить мнимую сделку. Мнимая сделка характеризуется тем, что ее стороны, не желая создать реальных правовых последствий, все же максимально верно оформляют все необходимые документы. Однако зачастую стороны мнимой сделки не смогли бы ее исполнить ввиду отсутствия финансовых, производственных и иных ресурсов. Именно поэтому стоить обратить пристальное внимание на возможности контрагентов реально исполнить сделку с учетом цены договора и объема выполненных работ.

В первую очередь необходимо исследовать возможности карманного кредитора (подрядчика по мнимому договору) и установить:

— располагает ли подрядчик необходимыми финансово-экономическими и производственными возможностями, чтобы выполнить тот объем работ, который согласовали стороны, учитывая, что подрядная деятельность требует наличие значительного размера активов;

— если подрядчик обладает необходимыми ресурсами, важно проследить на каком правовом основании они у него находятся (документальное подтверждение), это касается как машин и оборудования, так и материалов;

— реальны ли его контрагенты, предоставившие указанные ресурсы;

— действительно ли кредитор обладает указанными активами или они имеются у него только на бумаге;

— есть ли у подрядчика в штате работники необходимой квалификации, заключены ли с ними трудовые договоры;

— каков основной вид экономической деятельности подрядчика, предусматривает ли он выполнение указанной в договоре категории подрядных работ.

Подобный анализ важно провести и в отношении должника (заказчика по мнимому договору). В частности, установить:

— имелись ли у него финансовые возможности исполнить свои платежные обязательства по сделке, каков их источник;

— была ли у него необходимость в проведении указанных в договоре работ в соответствующий период;

— как согласуется подрядная сделка с основным видом экономической деятельности должника;

— была ли экономическая целесообразность в совершении сделки у должника.

Также важно оценить наличие/отсутствие устойчивых долговременных хозяйственных и договорных связей между дружественным кредитором и должником.

Если их нет (тем более, если кредитор — вновь созданная организация), то оценке подлежит целесообразность заключения и осуществления мнимых сделок, а также разумность должника в таких условиях.

И если ответы на поставленные вопросы оказались отрицательными, то можно с большой степенью вероятности констатировать мнимость сделки.

Пример из практики. Дружественный кредитор и должник просудили задолженность по договору подряда, заключив мировое соглашение.

Конкурсный кредитор оспорил определение суда об утверждении мирового соглашения, поскольку оно препятствовало иным кредиторам заявить возражения по требованию дружественного кредитора в деле о банкротстве должника.

Кредитор ссылался на то, что основанием возникновения задолженности послужило выполнение строительных работ по договору подряда. Между тем, согласно выписке из ЕГРЮЛ, основным видом деятельности кредитора является торговля продуктами питания.

Суд округа, исходя из обстоятельств сделки и несоответствия характера договоров как основному, так и дополнительным видам деятельности кредитора, встал на сторону заявителя. (постановление АС Уральского округа от 02.10.2017 по делу № А71-9556/2016)

  1. Отсутствие в бухгалтерских документах сведений о движении денежных средств и активов по договору подряда. Законодательство устанавливает для хозяйствующих субъектов обязательность ведения учета всех фактов экономической жизни. Этим обстоятельством обязательно должен воспользоваться конкурсный кредитор, если намеревается эффективно обжаловать судебное решение, подтверждающее фиктивную задолженность в реестре. Необходимо проверить, отразили ли контрагенты мнимого договора подряда движение денежных средств и активов по этому договору в бухгалтерском и налоговом учете, а также установить дальнейшую судьбу предмета договора.

Установить указанные обстоятельства конкурсному кредитору поможет финансово-экономическая экспертиза, которая достоверно определит все важные аспекты хозяйственной жизни сторон мнимой сделки.

Примеры из практики. В рамках одного из дел благодаря данным бухгалтерской отчетности удалось подтвердить, что с момента создания карманный кредитор фактической деятельности не осуществлял. (постановление АС Дальневосточного округа от 12.01.2017 по делу № А73-2587/2016)

Источник: https://www.integrites.com/ru/publications/mnimyj-dogovor-podryada-v-bankrotstve-pyat-priznakov-iskusstvennosti-dolga/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.